Что привело меня на МАКС?

Стивен Тримбл,

военный редактор Aviation Week & Space Technology

Mне повезло быть авиажурналистом. В других отраслях новинки показывают внутри серых зданий, не скупясь на театральные эффекты, чтобы создать ощущение, что происходит что-то захватывающее. Я рискую разрушить карьеру тысяч авиамаркетологов, но по-моему, рев нового самолета на взлетно-посадочной полосе рядом с тысячами зрителей сам по себе захватывает.

Я четвертый раз подряд приехал на МАКС. Как американец, я понимал сюрреалистичность моего первого визита в 2013 г. — и не только в тот момент, когда увидел американский стратегический бомбардировщик B-52H в статической экспозиции. (Кто бы мог подумать! — на авиабазе в Жуковском; со временем это ощущается все более необычно.) Несмотря на то что американское и вообще западное присутствие на авиашоу уменьшилось с 2013 г., важность этого события в моем графике поездок за 2 года только возросла.

Именно на МАКСе два года назад я наблюдал, как почти у меня над головой Су-35 совершает, на первый взгляд, невозможный балетный трюк. Именно тут я впервые увидел Су-57 в полете. И именно здесь в этот раз я надеюсь увидеть новейшие российские бомбардировщики, БПЛА, ракеты и авиадвигатели.

К тому же на МАКСе можно досконально оценить конкурентоспособность российской авиаотрасли. Россия и Китай как конкуренты и партнеры — единственные страны, все еще пытающиеся бороться с мощной дуополией Airbus и Boeing. Для успеха MC-21, C919 и CR929 обеим странам необходимо не только догнать ушедший вперед в технологиях на десятилетия Запад, но и каким-то образом перехватить у дуополии финансовую мощь, с помощью которой можно будет конкурировать в цене и других важных аспектах. Канада и Бразилия уже обломали зубы с гораздо менее амбициозными попытками прервать дуополию, и только время покажет, как справятся Россия и Китай.

И все же я считаю МАКС таким интригующим не из-за статической экспозиции и не из-за полетов. Все дело в выставочных залах и пресс-конференциях. Все компании в авиационном бизнесе стараются придерживаться сценария в беседах с журналистской братией. Но российские компании одними из последних позволяют журналистам общаться с инженерным отделом, а не исключительно (и часто к вящему разо­чарованию) с отделом маркетинга.

И если мне действительно повезет, я опять увижу новый самолет на взлетно-посадочной полосе.